Заха Хадид для Москвы: Dominion Tower на Дубровке

В Москве скоро будет достроено первое здание британского архитектора Захи Хадид (ZAHA HADID ARCHITECTS) - бизнес-центр премиум-класса DOMINION TOWER. ARCHiPEOPLE отправился на стройку, чтобы встретиться с руководителем проекта Кристосом Пассасом (Christos Passas) и узнать, каким он видит новый объект.

863edc0972b772070007a05b43018a56.jpg

Кристос, что значит для Вас этот проект? Насколько он важен для Вас и почему?

Я думаю, этот проект занимает достойное место в портфолио нашей студии. Он создавался в течение нескольких лет и сейчас, наконец-то, выходит на завершающую стадию. Для нас важно продемонстрировать, какой может быть концепция офисного здания, если она соответствует характеристикам открытости и прозрачности и взаимодействует с внешним пространством. С точки зрения формы, Dominion Tower имеет интересные детали, такие как консоли этажей, выступающие на разное расстояние относительно друг друга. В этом заключается своеобразная критика массовой архитектуры, когда каждый этаж точно такой же, как и другой. Мы попытались нарушить эту тенденцию к стандартизации, придав внешнему виду здания нечто вызывающее и хаотичное.

Вы сейчас сказали об одном из главных эстетических принципов постройки этого здания?

Мы следуем многим эстетическим принципам. В данном случае выбранная форма помогает вести диалог с окружением. Здесь нет ровного фасада, превращающего здание в коробку. Это, скорее, несколько «коробок», передающих идею многообразия. Здесь уже речь идет не об одном объекте, а о нескольких. При этом внутри здания, где пространство открыто вы можете ощутить чуть ли не состояние полета.

42cae12a89dd6f2cc6b74ec62ed0f748.jpg

Как изменился проект от стадии модели до реализации?

Особых изменений не произошло. Было естественное развитие проекта. Некоторые детали неизбежно пришлось пересмотреть, но идея осталась неизменной.

Какой была основная концепция проекта?

В первую очередь, мы хотели создать гибкое пространство, чтобы можно было делать всевозможные перестановки при различных сценариях его использования. Во-вторых, мы хотели наладить диалог с внешней средой, используя выступающие консольные конструкции. В-третьих, надо было разрушить стереотип о зданиях с монолитным фасадом. И еще необходимо было поэкспериментировать с одинаковыми формами, которые могут быть совершенно разными в динамике композиции.

3453a82605683017105837ed8407b477.jpg

Эта концепция была использована впервые?

Dominion Tower характеризует элегантная простота. Мы традиционно используем темы текучести, эрозии, объема, как и в данном случае. Наши здания, конечно, все разные, хотя бы по текстуре фасада, но внутри них можно усмотреть единую концепцию.

В среде журналистов и архитекторов есть мнение, что это здание «не совсем в духе Захи Хадид».

Это нормально. Наша компания большая, в ней много талантливых и одаренных людей – около четырехсот пятидесяти человек работает в бюро. Хочется хорошие идеи всех сотрудников реализовывать в разных проектах. Это обогащает репертуар работ Хадид, делает его еще более разнообразным.

На каждом проекте есть кто-то вроде лидера, на этом таковым являетесь Вы?

Да, конечно.

Ольга Еременко: Хочу добавить, что в проекте было указано, что он создается именно для нас и именно для этого окружения.

b83fb3ec523947453b3e41882f08d6c6.jpg

Локация вам нравится?

Абсолютно! Не знаю, знают ли об этом в Москве, но мы восхищаемся тем, что здесь происходит. Это комплимент, а не лесть. У Москвы большая история экспериментов, я имею в виду мужество выйти за пределы общепринятого. В то же время эти эксперименты не похожи на детскую игру, здесь все организованно, имеет порядок.

Вы имеете в виду постоянный эксперимент, который сопровождает историю города?

Да, и я думаю это очень важная специфика этого места. Здесь есть здания 20-30-х годов, чувствуется влияние конструктивизма, не просто как некой эстетической формы, но и как способа постижения пространства. Влияние предыдущих десятилетий на местное окружение сильно сказывается.

Скромность и простота данного объекта были обусловлены выбранным местом, или это был отдельный запрос?

Простота – это высший уровень интеллектуальности.

Ольга Еременко: Ваш первый эскиз был принят без обсуждения, кажется, хотя мы провели большой конкурс и очень долго выбирали архитектурную концепцию.

Мы сделали три разных эскиза для этого места до того, как нас выбрали. Вообще, над идеями архитекторов стоит рациональность и логика, ведь мы работаем для людей. Но мы верим, что времена меняются, технологии развиваются, мы все больше вовлекаемся в то, что происходит в мире, и архитекторы делают города свежей, экологичней, делают места для жизни лучше. Раньше в архитектуре всё решали финансы – денег либо хватало, либо нет, сейчас же мы идем по пути непрерывных улучшений.

Ольга Еременко: Изначально в проект закладывались такие идеи, на исполнение которых мы не могли найти подрядчиков. Многие решения принимались в процессе.

Меня удивил уровень некоторых инженерных решений. Я отношусь с большим уважением к тем инженерам-строителям, с которыми мы здесь работаем. Например, надо было провести большую исследовательскую работу по созданию выступающих частей здания, одновременно несущих большую нагрузку.

Ольга: Это был долгий процесс. Здание не проходило под расчетно-проектируемое обрушение. Без поддерживающих колонн, нарушающих архитектурный замысел, ничего не выходило. Но решение было найдено благодаря Г.С. Вайнштейну («Моспроект»). Были долгие дискуссии в Лондоне, и они с Кристосом все-таки пришли к соглашению.

90fd5782ff0f21c1a5c919ac56319f2b.jpg

Вы довольны профессиональным уровнем строителей?

Работы продолжаются, окончательное мнение сложится после их завершения, но пока все хорошо.

В чем специфика российской стройки?

Думаю, здесь имеет место творческий хаос. И когда приходишь на стройплощадку, то ты видишь, что что-то происходит, но не знаешь, к чему это приведет.

Это такая экспериментальная лаборатория?

Точно. Я работал над многими сложными зданиями в разных странах. Обычно я немного волнуюсь и поэтому предпочитаю быть подготовленным, чтобы не было сюрпризов. А здесь всегда есть место и волнениям, и сюрпризам. Но все, в конце концов, проходит нормально.

У вас уже был опыт работы в России. Я имею в виду дом в Барвихе.

Там работала другая команда, и условия были другими. Масштаб был меньше, это все-таки частный дом, и в нем совершенно другой уровень удобств. Правда, было сложно работать с подрядчиками и рабочими, чтобы достичь высокого уровня исполнения. Но некоторые подрядчики, с которыми мы работали над тем домом, и сейчас работают с нами. Это упрощает весь процесс, мне не надо тратить время на объяснения.

Как вы контролируете стройку?

У нас очень интенсивные рабочие отношения. Наш офис находится в Лондоне, но мы приезжаем сюда раз в месяц, чтобы увидеть, как продвигается стройка, обсудить какие-то конструктивные сложности. Один раз в неделю мы обязательно общаемся по скайпу. И как это обычно бывает, мы просто шлем друг другу письма и сообщения.

0aae37c66bbce65acf4c530a4ebeb642.jpg

Какие новые материалы будут использованы в отделке здания?

Для Dominion Tower мы выбрали алюминиевые панели с эффектом хамелеона. После нанесения на них краски они будут менять цвет в зависимости от освещения: изначально белые, в пасмурную погоду они будут серебристыми, а при заходе солнца - даже золотистыми. Это не просто пластик, навсегда окрашенный в один цвет, это материал более чувствительный к внешней среде.

Ольга Еременко: Проверяющие пришли и сказали, что мы используем панели не того цвета, что они не согласовывали синие панели. Мы обошли все здание и показали им, что оно отражает свет по-разному.

У вас есть свой образ этого здания? Кто-то сказал, с ваших слов, что оно должно быть «как невеста».

Это здание, которое передает чувства. И почему эти чувства должны быть одними и теми же каждый день?

Здание откликается на изменения окружающей среды, изменяя свой цвет. Интересно обсудить здание именно в этом аспекте, потому что мы не часто затрагиваем этот момент. У здания есть свое настроение, оно всегда во взаимодействии с людьми, которые находятся внутри, и так же зависит от своего окружения.

Этот район мы считаем несколько депрессивным, довольно интересным, но сдержанным. И тут появляется какое-то «живое существо». Повлияет ли оно на развитие района?

Ольга Еременко: Сюда приезжал зампрефекта по строительству с горящими глазами, мол, наконец-то. Спрашивал, чем нам помочь. Жители всегда на что-нибудь жалуются, здесь же они тихо и спокойно наблюдают стройку. Все понимают, что здание изменит район.

Когда я смотрела эскизы, то мне показалось, что это инопланетяне приземлились здесь и теперь изучают окружение.

Нам часто так говорят. Здесь большое влияние Захи, потому что она исключительна. Она учит нас, что контекст, окружающая среда могут прочитываться по-разному. Чтобы объект вписывался в контекст, необходимо самому объекту иметь заимствования из своего окружения. Такие элементы надо внедрять в наиболее важные части здания. С другой стороны, можно использовать и совершенно новые элементы. Хотя нам и не довелось строить в центре Москвы, мы попытались поймать и передать не дух Дубровки, но именно дух Москвы и всей России, это такой постмодернистский коллаж, который суммирует множество идей. Схватить дух города и страны очень важно для архитектуры.

Каких арендаторов вы бы хотели здесь увидеть?

Это сложно предвидеть, мы конструируем для всех.

dfb9dac7058c07ddc3a675537a7b3e90.jpg

Что вы можете сказать по поводу «нового восприятия офисного пространства», о котором говорится в пресс-релизе?

Если говорить о каких-то деталях интерьера, то сначала надо отметить большой атриум. Он создан не просто так, а для того, чтобы люди, которые входят в здание или перемещаются между этажами, понимали, что они все вместе работают в одном и том же здании. Большинство офисных зданий – это бесконечное повторение одинаковых этажей. Ты входишь в свой офис буквально сразу из лифта, и никогда не задумываешься, кто работает рядом с тобой. Ты можешь знать своих непосредственных соседей, но не тех, кто работает этажом выше или ниже. У каждого есть своя небольшая ячейка.

Наше здание позволяет ощутить существование общности людей, которые работают вместе, общности компаний, которые делят данное пространство. Еще большие открытые фасады позволяют видеть, что происходит внутри, давая возможность хорошо видеть и то, что происходит снаружи.

Есть ли мировая статистика, компании какого профиля предпочитает для работы офисы Захи Хадид?

Это зависит от разных вещей: от расположения, от цен… Если бы нам необходимо было занять офис в этом здании, то это было бы очень хорошо, здесь отличный вид. Все, кто любят офисы с открытой планировкой, оценят Dominion Tower. Кто бы ни были эти люди – из мира недвижимости, инженеры, адвокаты – здание подойдет им всем.

Беседовали: Кристос Пассас, Zaha Hadid Architects; Людмила Малкис, ARCHiPEOPLE; Андрей Кановка, ARCHiPEOPLE; Ольга Еременко, заместитель генерального директора «Доминион М».

Фото: Александра Голикова, Александр Плахин.

Комментарии