Когда человек живёт один: трансформации потребительского спроса на недвижимость
Существует понятный индикатор глубоких социальных изменений — достаточно посмотреть на то, какое число людей проживает в одиночестве.
В России количество частных домохозяйств, состоящих из одного человека, увеличилось с 11,7 млн в 2002 году до 27,6 млн в 2020-м. За восемнадцать лет прирост составил 135,3%. При этом феномен давно вышел за рамки демографии пожилого населения: 57,4% граждан, проживавших в таких домохозяйствах в 2020 году, находились в трудоспособном возрасте.
Масштаб этого тренда становится ещё более наглядным в глобальном контексте. Согласно исследованию Boston Consulting Group, опубликованному в августе 2026 года, Solo Living вошел в пятерку ключевых и устойчивых сдвигов в потребительском поведении.
BCG провела опрос более 13 тыс. респондентов в 12 странах и исследовала практики свыше тысячи брендов. В странах с развитой экономикой сегодня в среднем каждое третье домохозяйство является одиночным. А с 2010 года данный показатель вырос на шесть процентных пунктов. В таких странах, как Германия, Швеция, Франция и Италия, эта доля уже приближается к 40%.
Переломный момент для рынка недвижимости
За сухими статистическими данными постепенно проявляются сдвиги и в повседневных сценариях поведения людей. А вслед за изменением образа жизни неизбежно должен трансформироваться и девелоперский продукт.
Один человек — не значит один сценарий
Говоря о Solo Living, легко поддаться стереотипу и представить молодого специалиста, переехавшего в мегаполис и арендующего компактную квартиру неподалёку от офиса. Такой клиент действительно есть, но он представляет лишь малую часть аудитории.
Сценарии одиночного проживания крайне разнообразны:
- Человек может жить один, осознанно откладывая создание семьи.
- Специалист может переехать ради карьеры в другой город, пока его семья остается на прежнем месте.
- Человек после развода выстраивает быт заново.
- Он давно предпочитает самостоятельный уклад и осознанно его ценит.
- Человек старшего возраста переходит на новый жизненный этап.
У этих групп разный уровень доходов, разная структура привычек и жизненных планов, но их объединяет ключевое обстоятельство: все решения о пространстве, быте и потреблении они принимают единолично.
И это базовое условие оказывает на рынок гораздо большее влияние, чем просто формальная численность членов семьи.
По данным BCG, домохозяйства из одного человека в развитых странах тратят в расчете на одного потребителя в 2–3 раза больше, чем семейные. При этом от 50% до 70% участников опроса отмечают, что существующие товары и сервисы слабо адаптированы под их образ жизни. Барьеры кроются в базовых вещах: избыточные объемы упаковок, семейные форматы, предложения и скидки за опт, которые одиночке просто не нужны. Для такого покупателя ключевой приоритет — подходящий размер, качество и удобство, а не возможность купить больше по меньшей цене.
Формируется парадоксальная ситуация: проживание в одиночку вовсе не означает стремления к экономии или снижению потребления. Напротив, такой клиент становится существенно более требовательным к ценности того, за что он платит.
В девелопменте эта логика проявляется особенно ярко.
Что происходит с планировкой квартиры?
Если в квартире проживает один человек, привычный функциональный состав помещений объективно пересматривается. Отпадает необходимость содержать площади, рассчитанные на распорядок семьи. Сокращаются объемы систем хранения, кухня становится более компактной, а зоны для стирки и ухода за вещами требуют меньших габаритов. Однако из этого не следует, что покупателю достаточно предложить лишь уменьшенную копию стандартной квартиры. Напротив, уменьшение метража предъявляет предельно высокие требования к эргономике и планировочным решениям.
У человека, который живет один, нет возможности перераспределить бытовые задачи. Все пространство и инженерные решения ориентированы на одного пользователя. Поэтому нерациональная планировка, непродуманные проходные зоны, неудобное хранение или неэргономичное рабочее место сразу же вызывают дискомфорт.
При этом часть функций безболезненно выносится за границы приватных метров:
- Полноценный рабочий день или отдельные часы можно провести в коворкинге.
- Для конфиденциального звонка подходит переговорная в лобби.
- Спортивный инвентарь не нужно хранить дома при наличии качественного фитнес-клуба поблизости.
- Бытовые сервисы переходят из формата домашних обязанностей в формат внешних услуг.
Аналогичный процесс наблюдается во всех сферах бизнеса: уменьшается фасовка продуктов, растет сегмент порционной доставки готовой еды, развиваются персональные подписки и сервисы. Рынок адаптируется к клиенту, который отказывается платить за лишний объем.
В жилой недвижимости происходит аналогичная трансформация, но в более сложной форме — ведь речь идет не о разовой покупке, а о пространстве для повседневной жизни.
Квартира не теряет значимости — меняется её функциональная роль
Для человека, живущего отдельно, сохраняется блок фундаментальных функций, которые он вряд ли захочет выводить из приватного контура: полноценный сон, восстановление сил, личное хранение, гигиена, уединенный отдых. Однако далеко не каждому сценарию требуется выделенный приватный квадратный метр.
Граница между квартирой и внешней средой становится размытой. Часть функций естественным образом перемещается за пределы дома. И здесь возникает ключевой вопрос, к обсуждению которого отечественный девелопмент только подходит: насколько жилому комплексу необходимо стремиться к полной автономности и самодостаточности?
За последние годы стандартом рынка стало насыщение проектов обширной внутренней инфраструктурой: масштабные лобби, встроенные коворкинги, общественные гостиные, спортивные залы, переговорные. В буклетах и презентациях это выглядит убедительно, но модель имеет строгую экономику: создание и эксплуатация этих площадей требуют высоких затрат.
Если приватная площадь квартиры уменьшается, а объем мест общего пользования растет, то экономия на стоимости приватных метров частично нивелируется затратами на инфраструктуру и ее обслуживание.
Поэтому задача девелопера — не просто наращивать квадратные метры общих пространств, а точно оценивать их реальный востребованный сценарий и частоту использования. Многофункциональное помещение, меняющее сценарии в течение дня (работа утром, встречи днем, закрытые мероприятия вечером), экономически кардинально отличается от обычной общественной зоны, используемой от случая к случаю.
Существует и второй путь — не интегрировать всю инфраструктуру внутрь одного ЖК.
Если в пешеходной доступности уже функционируют качественные сервисы, кофейни, спортивные залы и рабочие пространства, объективной необходимости дублировать их внутри здания нет. В таком случае ценность формируется на уровне качественного городского окружения. Мы в IDEM всегда досконально исследуем окружающую инфраструктуру, в том числе и планы конкурентов в локации, чтобы четко определить объем и функционал собственных сервисов в ЖК.
И вот на этом этапе феномен Solo Living выходит далеко за рамки отдельно взятого жилого помещения.
Одиночные домохозяйства наиболее явно демонстрируют условность границы между жильем и остальным городом:
- При гибридном формате работы у человека нет необходимости ежедневно посещать офис.
- Развитая доставка снимает потребность в регулярных визитах в крупные торговые центры за базовыми покупками.
- Наличие внешней спортивной инфраструктуры освобождает домашнее пространство от тренажеров.
- Кафе и рестораны поблизости делают необязательной роль квартиры как единственного места для встреч.
Жизненные сценарии распределяются по городской сети. Для девелопера критически важным становится не только качественный состав самого объекта, но и характеристики окружающего района.
Проект высокого уровня, лишенный качественного окружения и зажатый между автомагистралями и парковками, теряет существенную часть потребительской ценности. И наоборот: продуманный компактный жилой продукт в насыщенной и функциональной городской среде способен дать резиденту значительно больше возможностей, чем масштабный комплекс, пытающийся имитировать весь город внутри себя.
Для региональных рынков — Казани, Екатеринбурга, Нижнего Новгорода, Новосибирска и других — этот фактор имеет особое значение. Концепция проектов напрямую зависит от плотности застройки, пешеходной связности, проницаемости среды и развития сервисов.
Прямое копирование зарубежных решений здесь неэффективно: российскому рынку необходимо исследовать реальный сценарий жизни применительно к человеку, живущему одному в конкретном региональном контексте.
Торговая недвижимость: от утилитарных покупок к пространству присутствия
Для торговых центров развитие Solo Living обозначает серьезную трансформацию. Торговая недвижимость уже долгое время смещает фокус в сторону эмоций, услуг, гастрономии и развлечений, и рост числа одиночных домохозяйств усиливает этот вектор.
Если у человека нет утилитарной необходимости ехать за покупками (все закрывается онлайн-заказами), что станет мотивом для посещения ТЦ?
Ответ лежит в плоскости смены причин визита: пообедать, провести встречу, посетить тренировку, сменить обстановку или провести время вне дома. Торговый центр становится интересен как локация для комфортного проведения времени.
В исследованиях Mintel этот сдвиг рассматривается через призму нормализации одиночного досуга (solo leisure) и необходимости адаптации офлайн-пространств под solo visitors. В отчете Mintel за 2025 год создание комфортной среды для одиночных посетителей и пространств, способствующих неформальной социализации, выделено в качестве прямого тренда.
Для торгового центра это означает смену акцентов: одиночный посетитель может провести в комплексе несколько часов, совмещая работу, питание, получение услуг и покупки. В этой цепочке ритейл сохраняет значение, но интегрируется в более длинный сценарий пребывания.
Ярким примером адаптации выступает формат фуд-холлов, предлагающий вариативность и неформальную атмосферу. Для соло-потребителя такая среда органичнее и психологически комфортнее, чем классические рестораны, ориентированные преимущественно на семейные или групповые визиты.
Для офисного сегмента вызов выглядит еще более серьезно
Гибридный график ослабил привычку ежедневного присутствия в офисе, а автономный быт одиночного сотрудника делает домашний рабочий сценарий предельно удобным — ему не нужно подстраивать график под членов семьи, а звонки и глубокую работу легче организовать дома.
Перед бизнес-центрами встает вопрос не столько об оптимальной площади, сколько о фундаментальных причинах, ради которых сотруднику стоит приехать в офис.
Главная ценность физического офиса смещается в сторону процессов, где очное взаимодействие дает максимальный эффект: переговоры, командные сессии, брейнштормы, нетворкинг. Это находит отражение в архитектуре пространств: монотонные опенспейсы уступают место гибридным решениям с высоким долей переговорных, трансформируемых зон и пространств для совместной работы.
Кроме того, возрастает роль качества окружения бизнес-центра. Если визит в офис становится выбором, а не обязанностью, ценность объекта определяется сопутствующей инфраструктурой: наличием общепита, сервисов, рекреационных зон и доступностью городской среды. В этом офисный и торговый сегменты оказываются в схожих условиях — обоим приходится бороться за решение человека покинуть свой дом. И снова на первый план может выйти локация, но с набором качеств среды и хорошей доступностью.
Гостиницы и апартаменты: размытие традиционных границ
В гостиничном секторе тренд Solo Living стимулирует рост пространственной мобильности. Человек без семейных обязательств легче меняет локацию, может жить на несколько городов, совмещать работу с путешествиями или выбирать временные форматы проживания. В этой точке формируется высокий спрос на сочетание приватности, сервиса и готовой инфраструктуры.
Граница между классическими отелями, сервисными апартаментами и долгосрочной арендой становится проницаемой. Потребитель выбирает не юридический статус объекта, а сценарий проживания под конкретный жизненный этап:
- Квартира в долгосрочную аренду на пару лет.
- Сервисные апартаменты на несколько месяцев.
- Отельный номер с инфраструктурой на пару недель.
Больше возможностей для самостоятельного гостя
При проектировании отелей Solo Living не означает создания отдельного продукта для «одинокого» гостя. Человек может приехать один в командировку, на короткую поездку или просто воспользоваться возможностью провести время самостоятельно. Поэтому, на наш взгляд, отличие новых объектов должно в более широком наборе сервисов, позволяющих закрыть максимум потребностей внутри объекта: питание, работа, wellness и восстановление, досуг.
В апарт-отелях этот принцип проявляется ещё сильнее, поскольку человек проводит в объекте больше времени. Здесь важен не только функционал апартамента, но и качество общей среды.
Хороший пример — апарт отель Well в Санкт-Петербурге. Помимо зон для коворкинга в лобби, в проекте есть открытая зона бара с разными типами посадки: можно общаться за стойкой, выбрать столик в общем пространстве, работать за общим столом или найти более уединённое место. Отель pet-friendly и располагает небольшой площадкой для выгула собак. Есть и спортивная зона.
Для нас здесь важен сам принцип: человек может пользоваться общей инфраструктурой один, но при этом не чувствовать себя изолированным. Он сам выбирает, провести время в приватном пространстве, поработать среди людей, пообщаться или просто находиться в общей среде.
Именно эта возможность выбора степени уединения и общения становится одним из отличий продукта, который проектируется с учётом роста аудитории Solo Living
Главная ошибка — просто уменьшить площадь и назвать это Solo Living
Наиболее поверхностный вывод, который может сделать рынок, — это механическое сокращение площадей и позиционирование получившихся мелких лотов как нового формата. Однако сам по себе малый формат не гарантирует качественного девелоперского продукта.
Человеку может быть достаточно и 25 -35 кв. м, но ключевыми факторами комфорта для него станут: продуманная эргономика рабочего места, системы хранения, качество сна, доступность бытовых сервисов и полноценная городская среда за порогом квартиры.
Выводы для российского рынка
Solo Living не формирует отдельный сегмент недвижимости — он меняет требования к уже существующим продуктам. Причём в каждом сегменте этот сдвиг проявляется по-разному.
В жилой недвижимости речь идёт не просто о сокращении площади, а о более точном соотношении приватного пространства, сервисов внутри проекта и возможностей городской среды. Для торговых объектов меняется сама причина визита: когда утилитарные покупки всё чаще можно совершить онлайн, возрастает значение гастрономии, услуг, досуга и комфортного пребывания. Для офисов ключевым становится вопрос ценности физического присутствия — что именно человек получает, приезжая в бизнес-центр, чего он не может получить дома. В гостиницах и апарт-отелях, напротив, возрастает ценность сервисов и инфраструктуры, позволяющих человеку, приехавшему одному, самостоятельно организовать работу, отдых и повседневные потребности.
При этом общий принцип для всех сегментов один: человек, живущий один, получает больше свободы выбора и одновременно становится более требовательным к тому, за что он платит.
Поэтому при создании проекта недостаточно определить его класс, набор функций и целевую аудиторию в привычных демографических категориях. Необходимо понимать, как конкретный человек живёт, какие функции ему действительно нужны, какие он готов вынести за пределы объекта и за какие сервисы готов платить.
Для девелопера Solo Living — это прежде всего изменение подхода к продукту: не создавать недвижимость под усреднённую модель семьи, а проектировать её с учётом разнообразия способов жить одному.
И именно здесь возникает главный вопрос для российского рынка: не сколько квадратных метров нужно человеку, живущему одному, а какая комбинация пространства, сервисов и городской среды действительно соответствует его образу жизни.
Комментарии (0)